FavoriteLoadingДобавить в Избранное

«Постой, я знаю эту сказку!», так и хочется воскликнуть, как Кавальди (герой Петера Стормаре), каждую секунду во время просмотра «Братьев Гримм» (2005). взял европейские сказки и мифы, смешал, взболтал и добавил банку оливок, то есть искусства.

Он и сам признается, что «крал отовсюду»: у Гримм, у Перро, у Андерсона, вдохновлялся работами известных иллюстраторов (Каспар Давид Фридрих, Артур Рэкхэм, Гарри Кларк, Гюстав Доре). Мы заметили еще и артуровский цикл, северо-германские образы и отзвуки живописи прерафаэлитов (навскидку Миллес, Хьюз и Россетти).

q10

Итак, жила-была прекрасная и тщеславная красавица (Моника Беллуччи), которая любила смотреться в зеркало. Она вышла замуж за христианского короля Тюрингии и от жителей одной из его деревень вблизи волшебного Марбаденского леса узнала секрет вечной жизни (но, увы, не молодости).

2017-10-17-8

В день ее свадьбы страну охватила чума (неслучайно), а сама королева заперлась в высокой башне без входа, и ее прекрасные длинные волосы струились вниз, когда она сидела на окне.

2017-10-17-11

Чума ее и там, правда, достала, а потом и неизбежная старость. И вот она, старая и жуткая, 500 лет лежит в своей постели на стопке матрацев и ждет удобного момента вернуть молодость и красоту. Эх, не было у короля дочки от первого брака. Зато в 1811 году по ее душу пришли Уилл и Якоб Гримм (Мэтт Дэймон и Хит Леджер, играющие против своего типажа), 2 брата-акробата, то есть мошенника, и испортили красавице всю малину.

2017-10-17-31
2017-10-17-15

Моника прекрасна во всех ипостасях (старуху в гриме играла тоже она): капризной куколки из зеркала, дряхлой старухи и омолодившейся, весьма злобной королевы (а у кого бы не испортился характер за 500 лет лежания на кровати, поди, еще и под этими матрацами застряла горошинка).

Ее незабываемый феерический костюм придумала (над фильмом с ней вместе работал Карло Поджиоли). Наряд виртуозно сочетает в себе элементы моды разных веков Средневековья. Общий плавный силуэт (отсутствие корсета и пышной юбки); пояс гёрдль, которым подчеркивали талию, перекрещивали на спине и затем завязали на животе, длинные концы которого могли свисать до пола; рукава платья-блио, резко расширяющиеся от локтя до запястья, длина таких «манжет» достигала метра, — все это приметы моды XII века.

21434083-270183490149932-7929525581455032320-n
Источник фото CostumersGuide.Com
Costumes-Tirelli

Источник фото CostumersGuide.Com 

В голове сразу всплывают образы с картин Лейтона или Уотерхауса и Эллен Терри в роли леди Макбет на картине Сарджента. Но в то время платья были полностью закрытые. Шнуровка и треугольное декольте с виднеющимся нижним белым платьем появились с бургундской модой (XV век), но женская фигура стала совершенно другая, талия обозначалась высоко, почти под грудью, юбки стали более широкими.

1888-the-lady-of-shalott

Джон Уильям Уотерхаус, Леди из Шалот, 1888
white-privilege-underachievement-commons-discrimination-equality

Эдмунд Лейтон, Акколада, 1901
index
Наиболее близкий Зеркальной королеве исторический образ. Благородная дама времен Карла, 1380 г.

Поздняя готика (все тот же XV век) водрузила на женские головки причудливые головные уборы (их называют по-разному: эскофьон, эннен, геннин или атур): башенки, конусы, «крылья бабочки».

696ed20ec7630a191c9faa219d3d295d
image
Rogier-van-der-Weyden-workshop-Portrait-of-Isabella-of-Portuga

Рогир ван дер Вейден, Изабелла Португальская, 1445 — 1450

Они могли достигать такой высоты, что женщинам приходилось сгибать колени, чтобы пройти в дверь, в мемуарах одного рыцаря было написано: «рядом с такими высокими головными уборами у женщин мы были, как маленькие кустики в дубовом лесу!» Огромные двурогие эскофьоны вовсе не выдумка художника, а реальный вполне исторически выглядящий головной убор XV века, разве что сверху его покрывали еще и вуалью.

15

Любители Алисы Льюиса Кэррола могут вспомнить его Герцогиню и ее «прототип» — портрет Маргариты Тирольской работы Квентина Массейса (1525–1530). И, конечно, чем выше был статус у женщины, тем выше и ее «шляпка», так что Королеве-Белуччи полагались гигантские рога.

IMG-9763

Квентин Массейс, Маргарита Тирольская, 1525–1530.
IMG-9757

Черная королева Алиса в Зазеркалье» (1982)
2017-10-17-10
Маленькие рожки придворной дамы

Моника признается, что ее эскофьон был очень тяжелым, но так и должно быть, чтобы зрители поверили, говорит она.

2017-10-17-38

«Было невозможно двигаться в этом костюме, непонятно, как она вообще могла двигаться», — говорит Гиллиам.

immagine-472
tirelli10

Безумное сказочное попурри Гиллиама считают провалом, но кроме эстетического наслаждения от картинки, зрителю есть над чем и подумать. Например, о Просвещении, рационализме, романтизме и сказке. Противостояние французов и немцев, действительно, было, и оно отчасти повлияло на поиск романтиками немецкой идентичности, в том числе в сказочном наследии. Кажется, что все это страшно далеко от нас, но вот, на поверхности и горячая для нашего века эйджизма тема.

«Да, все это сказки, но в них есть и смысл, — говорит Моника. — Я думаю, зеркальная королева — очень близкий для актеров образ. Мы жертвы нашего тщеславия. Не относитесь к своему имиджу слишком серьезно».

2017-10-17-6

«Вечная красота невозможна. я думаю, что это скорее проблема американских актрис, — рассуждает она в другом интервью. — Это скорее голливудское наваждение, чем европейское. У нас, в Европе, много актрис вроде Шарлотты Рэмплинг или Катрин Дэнев и Софи Лорен, которые до сих пор играют привлекательных героинь своего возраста. Здесь [в Голливуде] это странно».

В заключение приведем еще одну цитату.

Режиссер Терри Гиллиам на вопрос журналиста о том, как он показал жестокость сказок, ответил просто: «Я нанял Монику Беллуччи»

2017-10-17-5

Интервью с Моникой Беллуччи

Интервью с Моникой Белуччи

Интервью с Терри Гиллиамом

Оцените