FavoriteLoadingДобавить в Избранное

«Последний богатырь» стал одним из хитов прошлого года в нашем кинопрокате, и «Дисней» обещает нам продолжение этой истории. СинеМода расспросила художника по костюмам фильма Марину Ананьеву, как создавались образы главных героинь — Варвары () и Василисы ().

На какие образы, референсы вы опирались при создании костюмов?

Главные герои этой сказки, можно сказать, генетические для нашей культуры, но сейчас для современного искушенного зрителя впрямую воспроизводить классические образы советских шедевров уже невозможно. Так что перед нами [прим. — на «Последнем богатыре» и «Он — дракон» работала вместе с Ириной Луниной] стояла сложная задача — найти новую формулу выражения нашего русского.

В последние годы вышло много больших работ, где к костюму в целом применяется исторический подход, — это кропотливая, бережная работа с традиционным русским трапециевидным силуэтом («Царь» Лунгина, «Коловрат», сериалы «Софья», «Годунов», и т.п.). Но у нас сказка, причем не классическая, поэтому принцип исторической реконструкции нам не подходил.
От нас не ждали музейной реконструкции, костюмов из «пыльных сундуков», поэтому мы изучили все хиты в жанре фэнтези: «Игра престолов», «Властелин колец», «Гарри Поттер», даже готические компьютерные игры смотрели. И стало понятно, что к нам, к России это неприменимо, иначе мы уходим от нашей исторической сущности.


Не виноватая я, это меня Дисней заставил. «Варвара-краса, длинная коса» в одноименном фильме А.Роу 1969 года. Тоже волшебница, но совсем другая.

Нас сильно двигали к западному силуэту, облегающему, «худому», который смотрелся совершенно инородно. Но нам удалось отстоять классический, «васнецовский» образ богатырей.
И тогда мы начали искать образы и вдохновение в творчестве наших любимых художников. К примеру, «Спящая царевна» Васнецова была одним из цветовых образцов для создания декораций палат Добрыни. Васнецов, Билибин в начале прошлого века успешно адаптировали лубок и древнерусские традиции к стилистике модерн. Наша задача была прорастить модерн в нашем времени, прийти к «нео модернизму». К тому же у нас все герои очень много двигаются, много боёвки, бега, так что билибинско-васнецовские образы невозможно просто копировать, необходимо делать костюм мобильным, легким, удобным. Но мы использовали много народных орнаментов в доспехах, в тканях, украшениях. Этому стилю нам бы хотелось следовать и в сиквелах «Последнего богатыря».

В. Васнецов «Спящая царевна»

Насколько вы были свободны в создании костюмов? В чем пришлось следовать продюсерам, режиссеру (Дмитрий Дьяченко)?

Перед нами уже были сделаны концепт-арты, отстраненные от кинопроизводства. Вообще эта практика приглашать концепт-арт художника на той стадии, когда сценарий находится только в зародыше и нужно что-то такое представить, чтобы продать продукт, неправильна, хотя и понятна. Концепт-арт художники часто не думают, что это когда-то кем-то может быть осуществлено. В этом большая беда. Мы часто получаем концепт-арт и не понимаем, что с ним делать.
Художник по костюмам не просто одежду придумывает, а создает характер, образ. Учитывает, как человек двигается, как он ест, как он пьет, что он делал в прошлом, что он делает сегодня, что он завтра будет делать. И от этого зависит все, как он бегает, как он ходит, держит ли он руки в вытянутых карманах. Ты придумываешь природу этого существа, костюм и человек неразделимы. А в концепт-артах герои часто безликие.
До нас дошел с необходимостью воплощения только концепт-арт Кощея. Мы очень долго пытались разгадать, откуда у него все эти доспехи появилось, ведь в русской культуре его рисуют с костями. Само имя Кощея от слова «кости». Но мы вместе с режиссером объяснили для себя, что это корни, остатки пут, оков, и тогда этот образ стал работать дальше.
Вообще для «Последнего богатыря» мы очень много рисовали эскизов, а для утверждения в «Дисней» отдельно по ним делалась компьютерная графика.

Варвара в фиолетовом лично нам очень напомнила Злую королеву из диснеевской «Белоснежки». Использовали ли вы этот образ? Вообще чем вдохновлялись, когда ее придумывали?

Сначала мы прошлись по выдающимся произведениям американского кинематографа, у нас были Шарлиз Терон и Джулия Робертс из «Белоснежек», были референсы из китайских фильмов с летучими полотнищами. Мы понимали, что Варвара — колдунья и можно использовать не «наш» силуэт. Мы думали соединить в костюме металл, перья, сложные фактуры. Мечтали дать ей доспех из кожаных ремешков или из цепей. Смотрели в качестве референсов васнецовских птиц: Сирин, Алконост, Гамаюн.
Выбор цветов был очевиден. Сине-зеленую гамму мы сразу же оставили за Василисой. Красный у нас был припасен для финального триумфа Добрыни и Варвары, который не состоялся. Нам нужен был цвет, который  хорошо «работает» на фоне зелени, потому что у Варвары много действия в лесу, на природе, так что выбор пал на фиолетовый. А потом оказалось, что это классический цвет диснеевских злодеек, цвет магии и волшебства. Раньше, когда снимали пленкой, старались фиолетового избегать, он мог получиться синим или красным, сейчас с этим проще, но мы все равно умоляли оператора (Сергей Трофимов) сказать свое веское слово, когда выбирали ткань, нужный тон, направление ворса, смотрели сочетаемость с серебром.

Книга Натальи Будур «От Лукоморья до Белогорья. Секреты русской сказки».

Злая королева из «Белоснежки и семь гномов» (1937) и Малефисента из «Спящей красавицы» (1959)

Очень много в костюмах героев было обусловлено сюжетом. Варвара скачет на лошади, дерется, поэтому под платьем у нее кожаные штаны и «ковбойские» сапоги. Екатерина Вилкова очень просила легкую корону. И мы долго пытались что-то придумать, чтобы и легко, и в традициях, и мобильно, и чтобы можно было повторить. Это должна была быть «боевая» корона и при этом она должна была гармонировать с серебряными бармами на платье. Пробовали из проволоки, и литье, и плоттерную резку делали. В итоге нашли мастеров, которые используют технику гальванического серебрения. На кружевную форму наносился слой серебра, она получалась жесткая и выглядела как настоящая, металлическая. Серебряных кружевных корон было две, вторая была для дублерши (фиолетовых платьев тоже было два), мы также сделали бутафорскую корону, которая должна была слетать. Золотая корона в финале тоже была сделана подобным способом, но она была немного другой формы, с другими камнями и вместо серебра использовалась медь с позолотой.

Но у Варвары в серебристом наряде настоящая, вполне металлическая корона, так ведь? Расскажите об этом образе.

Да, это корона Axenoff Jewellry, как и некоторые другие украшения Варвары. Мы выбрали из предложенных, и они хорошо подошли по стилистике. Сам образ обыгрывал несколько тем: совиную, лунную и княжескую.  Здесь и царское оплечье, бармы с бусами и меховой опушкой, мантия с двумя хвостами-крыльями, жемчужный цвет. В этом очень домашнем эпизоде Добрыня — еще положительный герой, «князь — красно солнышко» — в желтой рубахе, а она на контрасте с ним, как луна, серебристая, величественная царица. Он — теплый, она — холодная. Это пара «солнце и луна» обыгрывается еще и на гербе Добрыни. Платье было сшито из объемной двусторонней шелковой парчи со средневековым, гобеленовым рисунком «девушка с единорогом», и мы сразу нашли к нему подходящий стальной переливающийся бархат.

Вообще, хотя мы и отталкивались для костюмов Варвары от средневекового силуэта, чуть облегающего, слегка расширяющегося к низу и с длинными рукавами, в нем есть и элементы последних модных тенденций. Мы использовали образы из коллекций Roberto Cavalli, Alexander McQueen, современных арабских, турецких, индийских дизайнеров.

Alexander McQueen Fall 2016, Roberto Cavalli pre-fall 2016, Tom Ford fall 2012 

К примеру, этот маленький кафтанчик, который одет на Варваре под красным кейпом, можно увидеть в современных восточных коллекциях. По сценарию Варвара выходит с Добрыней в торжественных нарядах, а потом следует массовая драка, затем она появляется в нашем мире. Мы были в замешательстве, как соединить это длинное платье, сцену драки и так, чтобы она в нашем мире не выглядела ряженой? Придумали, что она сбрасывает кейп, остается в кафтанчике и легинсах, может драться и выглядит вполне современно.


Ткани использовали индийские, китайские, вырезали из золотых индийских вышивок отделку для финального костюма Варвары.

Фотографии Ирины Жигмунд. Блог La Gatta Ciara  

Царевну-лягушку Василису некоторые зрители сравнили с Рэй из «Звездных войн»…

Я слышала о сравнениях со Сьюзен из «Хроник Нарнии», но на самом деле костюм Василисы жестко обусловлен сюжетом фильма.
Во-первых, цвет. Так как она лягушка, то сразу на ум приходит зеленый. Но она же почти все время в лесу, и ее нужно выделить на фоне зелени. Поэтому мы Василису сделали бирюзовой. Выбирали вместе с оператором из 20-25 оттенков сине-зеленого. И тот тон, который выбрали, я считаю себя оправдал, он гармонично сочетался с темно-рыжей кожей аксессуаров и каштановыми волосами Милы Савицкой, она в лесу была таким ярким элементом, который ни с кем не смешивался.

Книга Натальи Будур «От Лукоморья до Белогорья. Секреты русской сказки».

Во-вторых, у Василисы не могло быть нормального полноценного милого девичьего гардероба, у нее вся семья превращена Варварой в лягушек, а ее саму только что расколдовала Баба-яга. Некому ей платье вышить, негде ей взять украшения. На платье мы сделали простые стежки. Пробовали разные: и крестики, и двойные стежки, так чтобы отделка не смотрелась избыточной, но и само платье было поинтереснее.

В-третьих, Василиса — воин, она бегает, дерется, значит ее костюм должен быть удобным. Так появились эти клинья спереди с функциональными разрезами. Мы даже заставляли актрису бегать по коридору Мосфильма, чтобы определить, какой длины разрез ей нужен для взмаха ноги, как ткань закручивается между ног.
Изначально она была лучницей, и мы ей сделали специальные перчатки и кожаные наручи, которые остались, потому что смотрелись хорошо. У нее был меч, и ей надо было его куда-то вешать, так появилась портупея крест-накрест на груди, поскольку перевязь на одну сторону смотрелась негармонично.

Чтобы какой-то элемент разнообразия при этой заданной скудности все-таки присутствовал, мы придумали ей такую походную накидку- трансформер, чтобы она могла им укрыться, как капюшоном, обернуть шею или носить, как сумку.

Это своего рода велосипед, неизбежность, к чему приходят конструкторы костюма, когда костюм должен быть боевым, чтобы ничего не висело, не перекашивалось. Конечно, мы могли ей и рубаху, и сарафан придумать. К примеру, концепт-арт художник придумал Василисе коротенький красный сарафанчик с блестящими лосинами, сделал ее в ремнях, как кота в сапогах. Мы схватились за волосы. Представить себе героиню, в этом бегающую по горам по лесам, было бы абсолютной нелепостью. Странно, если вдруг Снегурочка показывает что-то вроде кун-фу.
Пришлось нам помучиться с сапогами, долго было шнуровать. Мы хотели сделать рукодельные сапоги, поэтому никаких машинных строчек и молнии быть не могло. Ввели шнуровку, ложную и функциональную. Но все равно шнуровать было долго, особенно, когда сапоги намокали. Хотелось сделать обувь красиво и аутентично, но иногда это было не очень удобно в работе.

Вы работаете над продолжением «Последнего богатыря»? Будут новые костюмы?

Да, будут новые превращения, новая история, от силы 2 % старых костюмов можно взять. Но нам хочется сохранить преемственность стиля первой картины.

Перед «Последним богатырем» вы работали на еще одной сказочной картине «Он — дракон». Там тоже славянский языческий мир, но совсем другой. Нам очень понравились оба свадебных платья Мирославы и придуманный город на воде, расскажите о них.

«Он снят по мотивам романа «Ритуал», действие перенесено в славянскую Русь, но, нам кажется, атмосфера нашего текста сохранилась. Это история первой любви. Спасибо Тимуру Бекмамбетову, Индару Дженджубаеву, Игорю Цаю, Маше Затуловской и другим создателям картины. Судьба у фильма удивительная: в России он провалился в прокате, но потом добрал зрителей и даже фанатов в Интернете. Многие смотрят его по нескольку раз, пишут стихи, баллады, рисуют. Парадокс в том, что это самый успешный российский фильм по кассовым сборам за рубежом в 2016 году. Особенный фурор этот фильм произвел в Китае, где трепетное отношение к фигуре дракона. и Маша Поезжаева стали там национальными героями».
Марина и Сергей Дьяченко, авторы книги «Ритуал», по которой был снят фильм «Он — дракон» в интервью Дмитрия Быкова для «Собеседник.Ру»

На этой картине все, что получилось, получилось не благодаря, а вопреки. Первоначальный сценарий был очень сложный, Тимур Бекмамбетов не смог снимать сам и отдал его молодым креативным ребятам. Сценарий постоянно переделывался. Снимали в Болгарии, каждый вечер писались новые страницы, и нам было иногда непонятно, не только чем кончиться кино, а что завтра снимать будем. Болгары говорили: «мы все поняли, — мы снимаем русское студенческое кино».

Марина Ананьева, , Матвей Лыков на съемках фильма. Источник фото RusKino

Мы сделали условно славянский мир, но шить на массовку возможности не было, костюмы были из подбора, с «Раскола», «Царя». Важно было их так смиксовать, чтобы эти все известные вещи получились малоугадываемыми. Для предыстории с невестами дракона мы использовали темные костюмы, сделав такую черно-белую картинку, а яркость добавили за счет красных рябин. Ритуальные рубахи невест сшили из белого льна, разнообразили их вышивкой с имитацией рун. Для массовки на свадьбу использовали более яркую, праздничную одежду. Персонажей толпы снимали отдельно, потом перемещали, размножали, весь город — это компьютерная графика.

Город в «Он дракон» неизбежно напоминает Эсгарот в «Хоббите», вот только Смауггу девушки не нужны были.

Петр Романов в роли Игоря. Готовый Волкодав практически.

Оба свадебных платья Мирославы (Мария Поезжаева) у нас тоже были практически монохромные, разнообразие и наполненность костюма достигались за счет фактур: кружево, бусы, вышивка. Конечно, тут мы пошли по пути классического древнерусского силуэта  это «трапеция», кокошник. Здесь это было красиво. Не хотелось делать ее сильно стилизованной, хотелось больше аутентичности.

Верхнее свадебное платье Миры ушло на спасение Армана (Матвей Лыков)

С ее рубахой была беда, потому что по сценарию она попадает в пещеру и сначала отрывает один лоскут, потом другой, потом у нее что-то сгорает, потом она кружево отрывает. И в итоге она должна уже оказаться современной девчонкой, с тоненькими ножками в мини-платьице. Это на съемках Джеймса Бонда можно заказать 150 одинаковых костюмов Hugo Boss и отфактурить под каждый эпизод сценария. А тут два платья, и постоянно думаешь: тут оторвать, тут пришить, тут поджечь. А то, что отрывается, хранить, чтобы никто не затоптал во время съемок, чтобы потом этот лоскут забрать, отстирать и использовать.

Длинные рукава своей рубахи Мира использовала как бинты. 

Обидно, что не обыграли длинные рукава рубах, которые мы придумали. Нам хотелось, чтобы они, как крылышки, тянулись по грязи. Было бы красиво, но все то, что мы придумываем, должно иметь отклик и у актеров, и у творческой группы.
И вот мы в экспедиции в Болгарии, у нас была ночная смена, а потом ребята пришли и говорят нам: «Завтра должно быть свадебное платье. Мы придумали, что она должна прилететь к нему второй раз, со второй свадьбы. Есть же много свадебных салонов в Софии, вы же можете там что-то найти». Мы же, как всегда, все возим с собой, и просто собрали все, что было, что нашли до этого у бабушек в болгарских деревнях и просто склеили второй ее наряд. Сидели сами ночью шили на коленке. Выбирали кружево, где есть символы круга, что-нибудь похожее на ритуальное, византийское, резали ткани, делали просвечивающие элементы с нужной символикой. Сложно было найти то количество кружев, чтобы она, как куколка, лежала в лодочке.

Несмотря на то, что фильм провалился в российском прокате, все критики отметили хороший технический уровень и визуальный ряд, в том числе фантастические декорации Григория Пушкина для острова дракона. А то, что зрительницы оценили костюмы, говорит то, что свадебные костюмы Мирославы взяли на вооружение российские косплееры. Спасибо вам большое за интервью, с нетерпением будем ждать сиквела Богатыря!

 

Оцените